В период брака Елена и ее супруг приобрели квартиру. Большая часть стоимости указанной квартиры была оплачена денежными средствами, полученными Еленой от продажи ее квартиры, купленной до заключения брака. История приобретения квартиры была следующая: Елена продает свою однокомнатную квартиру за 3 000 000 рублей, и через неделю супруги приобретают трехкомнатную квартиру стоимостью 6 000 000 рублей. Между супругами возникает конфликт, и супруг Елены подает исковое заявление о разделе имущества, в котором просит разделить квартиру в равных долях.

Поскольку расчет за обе квартиры осуществлялся за счет наличных, мы понимали, что доказать факт вложения личных денежных средств будет непросто. Ставка была сделана на то, что максимально жестко и подробно расспросить супруга Елены, о том, на какие денежные средства была куплена квартира. В результате супруг Елены рассказал, что действительно вкладывались денежные средства, полученные от продажи личной квартиры Елены. Кроме того, мы представили договоры купли-продажи, а также справки о доходах Елены, сведения о доходах супруга были запрошены в налоговой инспекции. Из полученных документов, было видно, что у супругов не было возможности приобрести квартиру только за счет совместных средств.

По решению суда в пользу Елены было присуждено ¾ доли в совместной квартире.

Ко мне обратилась клиентка по вопросу раздела расторжения брака, раздела совместного имущества и определения порядка общения с ребенком. Ее супруг был военнослужащим и в период брака, в том числе, была приобретена квартира при помощи так называемой «военной ипотеки». Специалисты, к которым обращалась Анастасия, уверяли, что указанная квартира не является совместной собственностью и разделу не подлежит.
Кроме того, у сторон был спор, связанный с общением с ребенком. Ребенок был совсем маленький, супруг нарушал порядок общения и хотел надолго забирать его к себе домой.

Нами была подано исковое заявление о разделе имущества, в котором мы просили признать указанную квартиру совместным имуществом и разделить ее в равных долях.
По порядку общения наша позиция заключалась в том, что мы не возражаем против общения отца с ребенком, но поскольку он маленький, а у отца нет опыта самостоятельно ухаживать за ребенком, общение до достижения ребенком 3 лет, должно проходить исключительно в присутствии матери.

Наши требования были удовлетворены квартира была разделена в равных долях, по порядку общения суд также согласился с нашей позицией.

Между клиентом и его супругой было заключено соглашение о разделе имущества, согласно которому все имущество, в том числе вклад, открытый на имя супруги, перешло в собственность клиента, а он должен был выплатить компенсацию в размере 13 500 000 рублей в рассрочку. Первые выплаты он проводил переводами на счет, потом он взял со второй стороны расписку, что выплатил весь долг в полном объеме. Супруга обратилась в суд с иском о взыскании 13 000 000 рулей, говоря, что расписка была безденежной.

В суде были представлены доказательства выплаты всей суммы (расписка), а также теоретической возможности клиента выплатить указанную компенсацию (мы представили выписки с банковских счетов, где была размещена сопоставимая сумма). Кроме того, с клиентом было выяснено, что отсутствуют доказательства того, что супруга передала ему вклад, который по соглашению перешел в его собственность, мы подали встречное исковое заявление о взыскании компенсации величины вклада и процентов по ст. 395 ГК РФ.

В удовлетворении иска было отказано, а клиент смог взыскать со второй стороны 4 500 000 рублей. О такой возможности он даже не подозревал. Вторая сторона обратилась в Областной суд с апелляционной жалобой, но решение оставили в силе.

Доверитель состоял в браке, с супругой проживал вместе до 2014 года, после чего семейные отношения были прекращены, но на развод никто не подал. В 2016 году он приобретает автомобиль, в 2017 году покупает квартиру. После чего супруга подает на раздел указанного имущества. Кроме того, период семейных отношений супруги приобрели две квартиры. В одной из квартир супруга без согласования с моим доверителем делает дорогостоящий ремонт, и заявляет в суде требование о взыскании с доверителя компенсации в размере половины стоимости указанного ремонта.

В судебном процессе были представлены свидетельские показания, письменные доказательства того, что с 2008 года стороны вместе не проживают, а также то, что за указанный период клиент мог заработать на приобретение спорного имущества. По поводу ремонта мы занимаем позицию, согласно которой поскольку с моим доверителем не было заключено соглашение относительно ремонта совместной квартиры, требование о взыскании не подлежит удовлетворению.

Квартира и автомобиль были признаны личной собственностью клиента, кроме того, со второй стороны были взысканы издержки на оплату услуг представителя в полном объеме. В удовлетворении требования о взыскании компенсации за произведенный ремонт было отказано. Вторая сторона подавала апелляционные жалобы на оба принятых решения, но они были оставлены без удовлетворения.